вторник, 23 августа 2011 г.

ПОЛТАВСКИЙ ПОЛК (продолжение)

А.А. Гольденберг. План города Полтавы 1722 г. Ивана Бишева. // Города феодальной России. Сборник статей памяти Н.В. Устюгова, М., 1966.

Очертания Полтавской крепости, показанные на широко известном плане 1709 г. Полтавской битвы (так называемый План Петра I), а также все последующие картографические произведения, освещающие это событие, не передают характера крепостных сооружений и топографии города, е показывают расположения (крепостных) городских застроек[1]. Между тем все эти сведения имеют немаловажное значение при изучении сады Полтавы. К сожалению, и относящиеся непосредственно к периоду осады крепости план района расположения русских войск на левом берегу р. Ворсклы в течение мая 1709 г.[2], составленный 4 июня 1709 года, изображает только восточную часть оборонительной ограды города. Схематический крупномасштабный набросок плана “старой и новой Полтавы”[3] 1709 г., помимо показа общей конфигурации крепости, изображения бастионов, четырёх ворот, дорог и характера местности вокруг города, не несёт никакой иной специальной нагрузки. Другие письменные источники сообщают лишь общие сведения о крепости[4] и не дают, конечно, пространственных соотношений различных объектов вокруг города.
Публикуемый впервые “Чертёж города Плотав”[5], который “чертил Инженерного корпуса кондуктор Иван Бишев”, (стр.425) был составлен в 172 г. вскоре после окончания Северной войны, в связи с намечаемыми ремонтными работами по укреплению крепости[6].
План размером 64х55,5 см вычерчен на четырёх склеенных листах. Масштаб и ориентировка не указаны. Иллюминован: дороги, мосты и крепостная ограда раскрашены жёлтой, речка – светло-зелёной, ров – серой красками. Отмывкой показаны овраги: с восточной стороны и внутри города. Последний делил Полтаву на две неравные части. Судя по взаиморасположению башен и оврагов, на плане север находится внизу, восток слева. Весь город кругом, как показывает план, был обнесён оборонительной оградой, состоящей из рва и вала[7]. Обрывистая и крутая восточная сторона крепости не нуждалась в дополнительном укреплении – план правильно это отражает, не показывая рва со стороны реки Ворсклы[8]. Зато внутри города по восточному склону городского оврага во время осады шведами осаждённые выстроили внутреннюю ограду, которая протянулась, как наглядно видно, через весь город от Басмановской башни до Подольских ворот.
Общее очертание крепости, в действительности слегка вытянутой по линии юг-север, на плане несколько искажено. Излишне прямолинейными вычерчены северная и южная стороны крепостной стены. План И. Бишева, основанный на глазомерной съёмке, естественно, не лишён недостатков, но ценность его как исторического источника, прежде всего, заключается в том, что он является первым и до сих пор единственным достоверным графическим изображением города первой четверти XVIII в. Промеры, произведённые составителем плана по периметру городских стен, носят уникальный характер: ни один из источников XVIII в. не приводит подобных данных.
Перспективным и полуперспективным рисунком отдельных домиков и кварталов на плане изображены городские строения, а также важные в военном отношении ориентиры - церкви (“церковь соборная”, “церковь Воскресения”, “церковь Николая”). Название одной из церквей (западнее Воскресенской) не обозначено. Отдельные домики севернее соборной церкви, по-видимому, изображают торговые лавки[9]. От этой торговой площади прямо к Киевской башне ведёт “Мостовая улица”. В западной части города показаны дороги, идущие к Подольской, Мазуровской и (стр.426) Басмановской башням, и мосты. Один мост перекинут через речку и овраг, другой – от стоящей на Мазуровской горе церкви на дорогу (к Мазуровским воротам).
Помимо обозначения городских построек центральное место на плане занимает изображение крепостных сооружений – башен, ворот с указанием их наименований и расстояний между ними. На западе, откуда в мае 1709 г. шведами велись подрывные работы, показана “Мазуровская башня” от которой до “Глухой башни 292 сажен”. От “Глухой башни”, стоящей возле оврага, до Подольских ворот обозначено 62 сажени, а от ворот до одноимённой башни – 26. Характерный юго-восточный выступ Подольской башни был измерен по окружности “мера кругом 78 сажен”. Расстояние в 158 сажен дало измерение от Подольской до Крыловской башни, а от последней до безымянного[10] северо-восточного бастиона – 73 сажени. “Вся 110 сажен” была длина от бастиона до Спасской башни, а от неё до Киевской башни – 62 сажени. От Киевской до Басмановской башни 21 сажен и, наконец, протяжённость оборонительной ограды от Басмановской до Мазуровской башни “мерою 170 сажен”.
Следует отметить, что на плане не показаны все существовавшие в то время “городовые ворота”, как-то: Киевские, Спасские, Крыловские, Мазуровские. Очевидно, составитель плана полагал их существование при соответствующих башнях само собой разумеющимся. В то же время отмечены только Подольские ворота, связывающие город с его предместьем – Подолом.
В целом план города Полтавы И. Бишева является новым и содержательным источником по истории Северной войны. (стр.427)

План Полтавской крепости И. Бишева.

Применявшиеся в статье сокращения:
ЦГВИА – Центральный государственный военно-исторический архив.
ЦГАДА – Центральный государственный архив древних актов.
ВУА – Военно-учёный архив.
БАНОР – Библиотека Академии наук СССР, Рукописное отделение (Ленинград).


[1]ЦГВИА, ф. ВУА, д.1497; ЦГАДА, ф.192, Картографический отдел Библиотеки Московского государственного архива МИД, д.14 (Феатры войны, между российскими и шведскими войсками); Книга Марсова… Спб., 1766, план 8; “Полтавская битва”. Изд. Об-ва ревнителей военных знаний. Спб., 1909, Прил. 4; Л.А. Гольденберг. Картографические источники XVIII в. о военных действиях в 1708-1709 гг. – “Полтава. К 250-летию Полтавского сражения”. Сб. статей. М., 1959, стр.363-388.
[2] ЦГВИА, ф. ВУА, д.1443, л.1,2; ф.3. Главное инженерное управление, оп.23, д.937, л.102; оп.33, д.11087.
[3] ЦГВИА, ф. ВУА, д.22368.
[4] А.З. Мышлаевский. Крепости и гарнизоны южной России в 1718 г. Спб., 1897.
[5] Искажение правильного написания названия города Полтавы часто встречается в историко-географической литературе и источниках XVIII в. (“Пултава”, “Плотав”, “Плотава”). В своём “отзыве о географических и картографических работах Академии наук” (1779 г.) Г.Ф. Миллер подчёркивал важность знания “настоящего правописания названий” и в качестве отрицательного примера приводил работы Делиля и Винсгейма. “Первый давал многим русским названиям французский характер, не считаясь ни с какими указаниями, второй писал в своём Землеописании то Полтава, то Плотава, потому что нашёл последнее название на какой-то иностранной карте”. (В.Ф. Гнучева. Географический департамент Академии наук XVIII в. – “Труды Архива АН СССР”, вып.6, М.-Л., 1946, тр.228.
[6] ЦГВИА, ф.3, оп.33, д.11086.
[7] Составной частью ограды является также и палисадник, не обозначенный на плане, но существовавший в действительности. См. план Полавы Василия Кутузова (конец 20-х годов XVIII в.). БАНОР, №781.
[8] Следует отметить, что в экспозиции Военно-инженерного музея (Москва) на изготовленном по непроверенным источникам макете Полтавской крепости восточная часть оборонительной ограды не отличается от остальных её сторон.
[9] На одном из планов Полтавы (1748 г.) на этом же месте показаны “ряды и лавки”. – ЦГВИА, ф.3, оп.33, д.11089.
[10] На плане 1748 г. – “Чернецкий бастион”. Там же показаны, правда, без указания расстояний между ними, Киевский бастион, Полтавский полубастион (на месте “Басмановской башни” плана Бишева), “Мазуровский раскат”, ещё один Чернецкий бастион (на плане Бишева между Глухой и Мазуровской башнями), Подольский бастион. Кроме того, обозначены: “Святые церкви, провиантской магазеин”, артиллерийские цейхгаузы, пороховые погреба, знатные домы, обывательские домы, предместье, нижний форштат, прозываемый Подол”.

Комментариев нет:

Отправить комментарий